Договор во французском праве

Определение договора

Статья 1101 ФГК устанавливает, что договор есть соглашение, посредством которого одно или несколько лиц обязываются перед другим лицом или несколькими лицами дать что-либо, сделать что-либо или не делать чего-либо". Главным элементом определения является понятие "соглашение", "согласие"; именно оно устанавливает обязательственную связь между субъектами.

Условия действительности договоров

Условия, соблюдение которых сообщает соглашению юридическую силу, изложены в ст. 1108 ФГК: "Четыре условия являются существенными для действительности соглашения: согласие стороны, которая обязывается; способность заключить договор; определенный предмет, составляющий содержание обязанности; дозволенное основание обязательства".

Действительность согласия

Юридически действительное согласие возникает тогда, когда в нем отсутствуют пороки воли (заблуждение, обман, насилие); когда согласие не опорочено убыточностью и когда оно не затрагивает интересов третьих лиц.

Пороки воли

Статья 1109 ФГК гласит: "Нет действительного согласия, если согласие было дано лишь вследствие заблуждения или если оно было исторгнуто насилием или достигнуто обманом". Заблуждение признается основанием ничтожности договора, только если проявляется в неправильном представлении лица относительно "существа вещи, которая является предметом соглашения"; если оно касается контрагента, то может быть основанием ничтожности, когда "соображение о личных свойствах этого лица является основной причиной соглашения". Налицо узкое представление о понятии "заблуждение", которое сконцентрировано на неправильном восприятии свойств предмета; ничего не говорится о заблуждении относительно юридической природы соглашения.

Напротив, категория "насилие" трактуется широко и получает развернутые характеристики.

В соответствии со ст. 1112: "Насилие имеет место в тех случаях, когда оно по своей природе может произвести впечатление на разумное лицо и может внушить ему опасение, что его личности или состоянию угрожает значительное и наличное зло. В этих случаях надо принимать во внимание возраст, пол и положение лица". Из этого следует, что насилием может быть как физическое, так и психологическое воздействие (угроза); критериями воздействия на волю субъекта служат понятия "значительность" и "наличность" предполагаемых отрицательных последствий, причем не как объективные категории, а как субъективное переживание лица, в отношении которого произведено насилие. Насилие - это не только воздействие на личность, но и на имущество (зло угрожает "личности или состоянию"), и не обязательно стороны договора, "но и тогда, когда оно осуществлено в отношении супруга или супруги договаривающейся стороны, в отношении его нисходящих или его восходящих". Наконец, насилие уничтожает соглашение даже тогда, когда исходит не от контрагента, а от третьего лица. Между тем французский законодатель предусматривает возможность своеобразного "аннулирования" факта насилия. В соответствии со ст. 1115 ФГК: "Договор не может быть оспорен по причине насилия, если, после того как насилие прекратилось, договор был одобрен прямо или молчаливо, или посредством пропуска срока, установленного законом для предъявления требования о восстановлении".

Наличие таких пороков, как заблуждение, обман, насилие, само по себе не ведет к ничтожности договора (хотя в тексте часто употребляется этот термин); договор с пороками воли по французскому закону является оспоримым. Об этом недвусмысленно заявлено в ст. 1117 ФГК: "Соглашение, заключенное вследствие заблуждения, насилия или обмана, не является ничтожным в силу самого закона; оно дает лишь основание для иска о ничтожности".

Убыточность

Категория "убыточность", обнаруженная римским правом и воспринятая правом канони-ческим, используется и французским законодателем в качестве фактора, в определенных случаях ведущего к недействительности соглашения. Убыточность понимается как такое соотношение имущественных предоставлений в меновом договоре, при котором приобретение одной стороны необоснованно и непропорционально меньше в сопоставлении с приобретением контрагента. Убыточность не является универсальным основанием недействительности соглашения и оказывается таковым лишь в силу законодательного определения. Так, в соответствии со

ст. 1118 ФГК "убыточность опорочивает соглашения, содержащиеся лишь в некоторых договорах или заключенные некоторыми лицами". Законодатель, например, устанавливает недействительность соглашений по правилам ст. 1305 ФГК ("Простая убыточность дает основание для расторжения в интересах несовершеннолетнего, не освобожденного из-под родительской власти, всякого рода соглашений") или ст. 1674 Кодекса ("Если продавец потерпел ущерб в размере более семи двенадцатых цены недвижимости, то он может требовать признания продажи ничтожной, хотя бы по договору прямо отказался от права требовать признания договора ничтожным и заявил, что он подарил часть стоимости, не оплаченную покупной ценой").

Договор в пользу третьего лица

Римское право не признавало договоров, создающих правовые последствия для третьих лиц; по-видимому, этот принцип в последующем применялся весьма последовательно. Развитие буржуазных отношений поколебало эту последовательность, и уже ФГК, не отвергая самого принципа, устанавливает исключения из него. Они содержатся в ст. 1119-1122: "По общему правилу нельзя ни обязываться, ни устанавливать соглашения от своего имени иначе, как для самого себя"; "однако можно выступить за третье лицо, обещая, что последнее выполнит какое-либо действие"; "равным образом можно заключить договор в пользу третьего лица, если такое условие включено в соглашение, заключенное лицом в свою пользу или в дарении, сделанном другому лицу".

Способность заключить договор

Закон, первоначально предназначенный по преимуществу для физических лиц, содержит скромный материал относительно того, что ныне доктрина обозначает термином "сделкоспособность". В этом случае также привлекает внимание лаконичность и четкость нормативных предписаний. Во-первых, устанавливается, что "всякое лицо может заключать договоры, если оно не объявлено неспособным в силу закона" (ст. 1123). Во-вторых, указываются лица, которые в силу закона считаются "неспособными"; это несовершеннолетние, не освобожденные от родительской власти, а также совершеннолетние, состоящие под "юридической охраной". К последним в соответствии со ст. 488 ФГК относятся те, кто "в силу расстройства психического состояния не может самостоятельно заботиться о своих собственных интересах", а также те, кто "в результате своего расточительства, неумеренности или праздности рискует впасть в нищету или ставит под угрозу исполнение своих семейных обязанностей".

Предмет договора

Действительность соглашения обусловлена, в частности, характеристиками того материаль-ного или нематериального объекта, интерес в котором побуждает стремление к заключению договора. Кодекс в полной мере воспроизвел широкое представление римского классического права о предмете соглашения как о любом значимом интересе: "Предметом договора является то, что одна сторона обязуется дать, или то, что одна сторона обязуется сделать или чего она обязуется не делать" (ст. 1126); в предмет включаются нематериальные вещи (res incorporales): "простое пользование, как и простое владение какой-либо вещью, может быть, как и сама вещь, предметом договора"; равным образом, предметом обязательства могут быть "будущие вещи". Ограничениями относительно предмета являются два ряда правил: касающиеся оборотоспо-собности вещей и требование о достаточной определенности объекта ("нужно, чтобы обяза-тельство имело своим предметом вещь, по крайней мере определенную родовыми признаками").

Дозволенность основания обязательства

ГК Франции усвоил доктрину канонического права об основании, ближайшей юридической цели (causa) договора, как существенном и универсальном факторе, обеспечивающем правовую защиту любого соглашения. При этом законодатель сообщил этому понятию иное звучание: основание должно обладать определенными характеристиками, отсутствие которых уничтожает соглашение. Следствиями этой модификации является учение о законности договора и основание для подразделения договоров на каузальные и абстрактные. Все это вытекает из положений ст. 1 Bill 33 ФГК: "Обязательство, не имеющее основания, или имеющее ложное основание, или имеющее недозволенное основание, не может получить никакой силы". Очевидно, что этой формулой охватываются мнимые и притворные договоры, случаи заблуждения относительно цели договора и, наконец, многочисленные договоры, преследующие незаконные цели. Необходимо обратить внимание на то, как широко трактуется понятие "недозволенность" основания договора: "когда оно запрещено законом и когда оно противно добрым нравам или публичному порядку" (ст. 1133).

Толкование договора

Из-за недопонимания существа обсуждаемого дела, неосведомленности о предписаниях, к нему относящихся, элементарной небрежности и других причин тексты договоров содержат неясности, двусмысленные и туманные положения и упущения. Это объективная реальность, с которой право должно считаться; поэтому формируется институт "толкование договора" - совокупность предписаний, помогающих установить истинное содержание прав и обязанностей, которыми связаны стороны. ГК Франции уделяет ему значительное внимание; ст. 1156-1162 решают задачу уяснения действительного смысла договора.

Целью толкования является обнаружение действительного обоюдного намерения сторон, выходящее за рамки буквального смысла тех выражений, из которых состоит текст договора.

Будет полезно почитать по теме: