Монументальная живопись

Главные формы византийской живописи - монументальная храмовая живопись (мозаика и фреска), иконы, книжные миниатюры.

Византия чтила античность, гордилась ролью её преемницы, в первые века не уничтожала «языческих » памятников, но её собственные идеалы и творческие устремления были иными. Что действительно использовалось ею как исходный пункт - это традиции позднеантичной живописи (стиль, который иногда условно называют «античным импрессионизмом»), процветавшей главным образом в восточных эллинистических центрах - в Александрии, Антиохии, Эфесе.

Византийский стиль живописи характеризовался сочетанием плоских силуэтов с плавной ритмикой линий, благородной гаммой красок с преобладанием пурпурных, лиловых, синих, оливково-зелёных и золотых тонов. В IV-VI вв. в византийской живописи ещё преобладают античные традиции, что, в частности, нашло отражение в мозаиках пола Большого императорского дворца в Константинополе. Они изображали жанровые сценки из жизни народа, что имело глубокий символический смысл.

Наиболее замечательны византийские мозаики - самое характерное создание византийского гения. Мозаиками, фресками, иконописью раннего средневековья Византия прославилась прежде всего.

Техника мозаик сложна и требует большого искусства. Мелкие разноцветные кубики смальты (сплава стекла с минеральными красками), из которых выкладывается изображение на стене, мерцают, вспыхивают, переливаются, отражая свет. Византийские мозаичисты умели извлекать великолепные живописные эффекты из особенностей смальты, очень точно рассчитывая угол падения света и делая поверхность мозаики не совсем гладкой, а несколько волнистой. Они учитывали также оптическое слияние цветов в глазу зрителя, смотрящего на мозаику с большого расстояния. Время почти не властно над мозаикой старинных мастеров: когда её очищают от застарелой пыли и копоти, она оказывается такой же сияющей и звучной по цвету, какой была много веков назад.

Величавые «ангелы небесных сил» церкви Успения в Никее (VII в.) обозначают начало расцвета византийской живописи. Четыре крылатые фигуры, со знамёнами и державами в руках, одетые в роскошные одежды придворных телохранителей, выступают на тёмно-золотом фоне алтарного свода.

Золотой фон всегда применялся византийскими мастерами мозаики: он замыкал изображаемое пространство, не нарушая плоскость стены, и, вместе с тем, рождал ощущение дышащего, таинственно-мерцающего золотого неба. Удивительны лица этих воинственных ангелов: они всё ещё чем-то напоминают об античном идеале красоты - нежными овалами, классическими пропорциями и чертами, хотя чувственный рот становится у них слишком маленьким, нос гораздо более тонким, а взгляд - пристальным и как бы гипнотизирующим. Они исполнены в мягко-живописной манере, в самом деле напоминающей импрессионистическую, - оливковые, розовые, бледно-сиреневые и белые кубики смальты расположены на первый взгляд в беспорядке, а в действительности с тонким расчётом: на расстоянии они сливаются и создают иллюзию нежного живого лика.

Перед нами совершенный пример «одухотворённой чувственности». Но напрасно было бы применять к никейским ангелам привычные для нас критерии выразительности, стараясь понять «что они выражают». Они или не выражают ничего (то есть ничего определённого, связанного с реальным переживанием) или слишком многое и слишком общее. Их одухотворенность бесстрастна, так же как их чувственность бесплотна.