Просветительские фильмы отечественного производства

Так обстояло дело не только с фильмами иностранного происхождения, но и с фильмами русского производства. Просветительный кинематограф располагал довольно большим списком картин русского производства, сдававшихся в прокат на льготных условиях. Это были в большинстве своем картины, поставленные в первые годы существования русского кинопроизвод-ства и уже не отвечавшие запросам зрителей, шедших в кино для развлечения.

Основную массу просветительных фильмов отечественного производства, так же как и заграничных, составляли «видовые», которые в особенно большом количестве снимались в нашей стране в 1907-1912 годах. Фирмы Пате, Ханжонкова, Дранкова и многие другие систематически направляли своих операторов в экспедиции для съемки видовых картин в разных районах России. Результатом каждой из таких киноэкспедиций являлся целый цикл видовых картин:- «Живописная Россия», «По Волге», «По Кавказу», «По Крыму» и др. В каждый из таких циклов включались картины разнообразного содержания. Собственно видовые, воссоздающие на пленке живописные ландшафты нашей родины, этнографические - о быте разных народностей Поволжья, Кавказа и других районов, и такие, которые рисовали достопримечательности древних русских городов и, наконец, отображающие труд (фильмы о бакинских нефтяных промыслах, о рыбаках Астрахани и др.). Однако все фильмы подобных циклов, как правило, эксплуатировались самостоятельно, только в отдельных случаях они демонстрировались подряд, когда использовались в качестве пособия по географии.

Немало интересных видовых картин было снято провинциальными кинооператорами, рабо-тавшими на свой страх и риск и продававшими заснятые ими фильмы разным прокатным конторам. Из числа этих операторов особенно успешно работали Д. Сахненко, который, по свиде-тельству современников, очень поэтично передавал на пленке красоты украинской природы и особенно Днепра, и дальневосточный оператор Кобцев, чьи съемки познакомили русских кинозрителей с суровой природой русского Дальнего Востока, Маньчжурии и документировали мужественную борьбу русских врачей-эпидемиологов против вспыхнувшей в Маньчжурии чумы. Впрочем, борьбу против этой грозной болезни снимали и другие русские операторы.

Некоторые русские видовые и географические фильмы имели выдающееся познавательное и даже историческое значение. К их числу в первую очередь относятся экспедиционные съемки художника Н. Пинегина, зафиксировавшего в кинодокументах трагическую эпопею путешествия лейтенанта Седова к Северному полюсу, и съемки оператора М. Бреммера, посланного фирмой

А. Ханжонкова в кругосветнoe путешествие на ледоколе и совершившего за два года (с зимовкой во льдах) переход по Великому Северному пути.

Довольно значительную часть русских фильмов просветительного репертуара составляли спортивные сюжеты. Среди них были съемки, посвященные техническим видам спорта - авиации и автомобилизму, охоте (главным образом медвежьей охоте), водному спорту (нередко снимались спортсмены, переплывавшие большие реки во время ледохода), футболу, который начал у нас широко распространяться только накануне революции, французской борьбе спортсменов-профес-сионалов на цирковой арене.

Большой интерес зрителей привлекали авиационные съемки. Ими особенно успешно занима-лись энтузиаст воздухоплавания и кинематографии капитан А. Далматов и видный профессио-нальный кинооператор Е. Франциссон, погибший в 1917 году во время очередного полета.

К сожалению, большинство наиболее ценных из спортивных съемок в отечественных фильмо-теках не сохранилось. Не осталось ни одной киносъемки полетов авиатора Уточкина, очень плохо представлены полеты других авиаторов, отсутствуют неоднократно производившиеся съемки выступлений знаменитого русского борца Ивана Поддубного. Не исключена возможность, что отдельные ценные в историческом отношении спортивные сюжеты русского дореволюционного кино удастся обнаружить либо во Французской синематеке (куда они могли попасть из француз-ского проката Гомона или Пате), либо в фильмотеке Китайской Народной Республики, где должны храниться остатки прокатных фондов крупной дальневосточной прокатной конторы Донотелло, которая после Октябрьской революции перебазировалась в Харбин.

Сюжеты спортивного характера имели, разумеется, весьма относительную просветительную ценность. В сущности говоря, все их значение состояло в том, что они привлекали внимание зрителей к спорту и достижениям техники (самолеты, автомобили). Но для нас немногочисленные сюжеты этого тематического раздела имеют значение документов по истории русского спорта, авиации и автомобилизма.

И уже вовсе отрицательное значение имели обязательно включавшиеся в просветительные программы сюжеты официальной, главным образом «царской кинохроники». Они были весьма широко представлены в тех программах, которые прокатные конторы предоставляли по льготным ценам просветительным учреждениям и учебным заведениям. И они, надо сказать, почти обязательно предваряли показ действительно просветительных картин. Широкое использование «царской» и парадной военной кинохроники отнюдь не говорило о монархических настроениях деятелей народного просвещения. Показ монархической хроники был для них как бы свидетель-ством благонадежности; власти - полицейские, церковные и прочие, очень подозрительно относившиеся к просветительному кинематографу, как и ко всем другим видам просветительной деятельности, были лишены возможности запрещать его сеансы, если в них включалась «царская» или военная кинохроника.

Большой и очень важный раздел русского просветительного репертуара составляли игровые фильмы на сюжеты, заимствованные из русской истории или классической литературы. Примерно к 1912 году профессиональный рост кино, как за границей, так и в России, привел к значитель-ному изменению стилистики фильмов. Не став еще явлениями нового, особого искусства, фильмы, тем не менее, перестали быть иллюстрациями к произведениям художественной и исторической литературы или репродукциями фрагментов из театральных спектаклей. Деятели кино научились излагать сюжеты своих фильмов собственными кинематографическими средствами. И ранние киноиллюстрации лубочного характера перестали удовлетворять запросы посетителей иллюзио-нов, сошли с коммерческих экранов. После этого они нашли свое место в репертуаре просвети-тельного и школьного кинематографа. Лишенные самостоятельного значения, они делали более живыми и конкретными те представления, которые возникали у учащихся из чтения книг или уроков преподавателей истории и литературы.

Фонд таких фильмов был довольно значителен и эксплуатировался с просветительными целями вплоть до начала 20-х годов.

Среди них имелось около ста киноиллюстраций (с 1907 по 1912 г. по произведениям

А. Пушкина был поставлен 21 фильм, Гоголя - 17, Чехова - 13, Крылова - 7, Лермонтова - 7,

Л. Толстого - 7, Островского - 6, Некрасова - 4, Достоевского - 2, А. Толстого - 2, Шевченко - 2, Сухово-Кобылина - 1 и т.д.) к произведениям русских и украинских писателей-классиков, около десяти фильмов по произведениям фольклора (народным сказкам и песням) и около тридцати фильмов исторического и биографического содержания, поставленных частично по произведе-ниям второстепенных писателей, частично по оригинальным сюжетам, а иногда даже, как фильм «Петр великий» (1910), - «по данным истории Чистякова».

Подавляющее большинство этих картин, утратив свое значение для коммерческого проката, прочно вошло в репертуар просветительных сеансов, многие из них имелись в фильмотеках отдельных просветительных учреждений - подвижных педагогических музеев, школ, складов теневых картин.

Особое место занимали фильмы, специально поставленные с научными, учебными или просветительными целями. Их было выпущено сравнительно немного, но они сыграли важную роль в развитии нашей научной, научно-популярной и учебной кинематографии.

Первый опыт использования кинематографа как средства научного исследования был произ-веден в России замечательным ученым и военно-морским деятелем адмиралом С. Макаровым еще в 1898 году.

Создатель первого русского ледокола «Ермак» во время испытательного плавания судна применил для исследования его поведения во льдах киноаппарат.

Первоначально Макаров собирался привлечь для производства киносъемок специалиста-фотографа, умеющего обращаться с новоизобретенным киноаппаратом, но от этого пришлось отказаться, так как этот специалист (Макаров не называет фамилии кинооператора, в 1898 г. в Петрограде снимали кинокамерой только двое – сотрудник Люмьера М. Промио и Б. Матушев-ский. Поэтому переговоры он мог вести с одним из них) ставил условием передачу ему снимков в полную собственность. «Я вовсе не хотел дать материал для показывателей в cafe chantant,- писал Макаров,- и потому решил, что мы сами займемся этим делом». Это замечание очень важно и объясняет, почему русские ученые, одновременно с Люмьером разрабатывавшие свои системы кинематографической съемки и проекции, утратили всякий интерес к кинематографу после того, как началась его коммерческая эксплуатация. Попытка демонстрации своих аппаратов или своих снимков поставила бы их в один ряд с демонстраторами-балаганщиками, эксплуатировавшими кинематограф как аттракцион. Вот что сообщал С. Макаров о заснятом им фильме: «При быстром проектировании кинематографических снимков на экране получается весьма эффектная картина... На экране отчетливо видно, как глыбы льда вылезают из воды и ныряют под воду вследствие раздвигания щели. После этого ледокол начинает набирать ход вперед и быстро проходит по экрану... Кинематограф, однако же, дает не только одну эффектную картину, - пишет в заключение ученый, - но и материал для научного изучения движения ледокола на льду».

К сожалению, произведенные С. Макаровым киносъемки до нас не дошли. Но в свое время они, как сообщает историк фотографии С. Морозов, были использованы знаменитым ученым-кораблестроителем академиком А. Крыловым для его научных исследований.

Вполне возможно, что научные киносъемки адмирала С. Макарова были не единственными на раннем этапе развития кинематографии в России. Однако в настоящее время сведениями о других научных киносъемках, произведенных в России в первые годы кино, мы не располагаем.

В 1909-1911 годах Сельскохозяйственный музей при департаменте земледелия предпринял съемку целого ряда инструктивно-пропагандистских лент, демонстрирующих «образцовые» кулацкие хозяйства на отрубах на юге России и на Украине. Мы не располагаем никакими сведениями о том, сколько картин было снято Сельскохозяйственным музеем, и где эти картины демонстрировались. Известно только, что Сельскохозяйственный музей, располагая для этого суммой в 2500 рублей, собирался снять на эти деньги 50 картин и, что фильмы снимались операторами-непрофессионалами. Известно, что один из этих фильмов - «Отруба», в десяти частях, снял известный знаток фотографии В.П. Вишневский. Также очень мало известно и о фильмах, которые снимались по заказу Переселенческого управления. Они были рассчитаны на деревенскую бедноту, лишившуюся в результате столыпинской реформы земли, и агитировали за переселение на свободные земли в Сибирь. Изготовление фильмов Переселенческого управления было заказано фирме А. Дранкова. Вероятно, А. Дранков, выполнив заказ Переселенческого управления, использовал отснятый им материал для выпуска своих видовых картин.

Идея создания специальных учебных картин для военной подготовки возникла впервые не в царской армии. К 1911 году, к которому относится выпуск первых военно-учебных кинокартин в России, кинематограф довольно широко применялся как учебное пособие в германской, японской и других армиях. Сведения об использовании кинематографа для военного обучения не засекре-чивались. Их можно найти и в ряде зарубежных изданий, и в русских военных и кинемато-графических журналах.

В России попытку создания специальных военно-учебных фильмов первым сделал, по-видимому, подполковник Н. Волков (Петербургский военный округ) при поддержке Общества ревнителей военных знаний. По опубликованным в кинематографической печати (журнале «Сине-Фоно» и др.) сведениям, он заснял около 2000 метров военно-учебных картин, распространяв-шихся Обществом ревнителей военных знаний по тем воинским частям, в которых были устроены специальные солдатские кинематографы (Г. Болтянский в неопубликованной работе «Дореволю-ционный документальный фильм в просветительных обществах и работах кинолюбителей» (архив ВГИК) указывает, что в Петербургском военном округе имелось 30 солдатских киноустановок, а в Киевском - 10).

Однако устроенные в казармах кинематографы успехом у солдат не пользовались. Л. Никонов в цитированной статье писал, что «в некоторых частях уже заведенные кинематографы остаются почти без употребления».

Особой формой участия правительства и отдельных его учреждений в создании фильмов, пропагандирующих монархические идеи, было оказание тех или иных видов помощи производя-щим такие фильмы частным предпринимателям. Чаще всего такая помощь заключалась в официальном одобрении тех или иных картин, что открывало им широкую дорогу в прокат. Иногда эта помощь была более активной. Так, предприниматель А. Ханжонков добился бесплатного предоставления войск и квалифицированной военной консультации для постановки картины «Оборона Севастополя», первого «боевика», созданного русской кинематографией. Следует, однако, заметить, что как раз это и лишило фильм значения пропагандистского произ-ведения, прославляющего царизм. Наличие больших массовых сцен, поставленных для того времени удивительно ярко и впечатляюще (и к тому же грамотно в военном отношении), изменило характер фильма. Главное, что производило впечатление на зрителей, - это сцены прославившего первую севастопольскую оборону народного героизма, в котором слились подвиги солдат, мирного населения и замечательных руководителей обороны адмиралов Корнилова и Нахимова. Фильм «Оборона Севастополя» оказался не военно-монархическим, а военно-патриоти-ческим фильмом.

В 1912-1917 гг. целый ряд кинопредпринимателей и деятелей народного просвещения предпринял попытки создания специального производства научно-популярных кинолент. С прос-ветительными целями были основаны специальные кинематографические предприятия: «Первая ласточка» во главе с пионером русского кино В.А. Сашиным, поставившая перед собой задачу пропагандировать силами артистов Московского Малого театра русскую литературную и театральную классику; «Народное киноиздательство «Разумный кинематограф» И. Анзимирова; просветительное товарищество «Скиф», руководимое известным деятелем просвещения Б. Кащен-ко и субсидируемое С. Зиминым, а также некоторые другие. Первые два кинопредприятия, выпус-тив по одному фильму, прекратили существование. Фирма «Скиф» почти не занималась производ-ством, ограничиваясь в основном перепродажей и перемонтажом иностранных лент.

В объявлениях, напечатанных во втором выпуске книги М. Алейникова «Разумный кинема-тограф», целый ряд, чаще всего мелких кинопроизводств предлагал свои услуги по изготовлению просветительных и учебных фильмов. Однако при крайне ограниченном спросе на такие ленты и хроническом недостатке средств у просветительных организаций и учебных заведений они едва ли добились каких-нибудь заказов.

Единственную серьезную попытку организации производства научных и научно-популярных фильмов смог осуществить только А. Ханжонков, основавший в 1911 году при своей фабрике научный отдел. Ханжонков обставил новое дело очень солидно. К работе по созданию научных лент он сумел привлечь группу одаренных молодых ученых - В. Аркадьева (впоследствии чл.-корр. Академии наук СССР), А. Калашникова (впоследствии профессора, министра народного просвещения РСФСР), П. Лазарева (впоследствии академика), В. Лебедева (впоследствии профес-сора биологии, до последних дней своей жизни остававшегося видным деятелем советской научно-популярной кинематографии). Постановка фильмов была возложена на Н. Баклина и

А. Дворецкого, съемкой занимались операторы М. Владимирский, М. Бреммер и В. Старевич.

На протяжении пяти лет на фабрике Ханжонкова делались неоднократные попытки выпуска научно-популярных и просветительных картин, посвященных самой разнообразной тематике.

Борьбе с алкоголизмом был посвящен большой фильм «Пьянство и его последствия». В этом фильме, поставленном при консультации врачей-психиатров, роль алкоголика играл И. Мозжухин, который со свойственным ему мастерством изображал постепенную деградацию алкоголика, заболевшего «белой горячкой». Для этого же фильма В. Старевич снял необыкновенно эффектные по тому времени трюковые кадры, в которых в бутылке появлялся померещившийся алкоголику черт. Новую тогда, изобретенную самим Старевичем технику объемной мультипликации он для этого соединил с техникой трюковой съемки, применив двойную экспозицию.

Ряд фильмов по биологии одноклеточных был сделан под руковoдством В. Лебедева. Насколько нам известно, эти фильмы были в нашей стране первыми, в которых применялась техника микрокиносъемки, самостоятельно разработанная Н. Баклиным.

О некоторых фильмах по физике, сделанных в научном отделе Фабрики А. Ханжонкова, подробно рассказывает в своих воспоминаниях старейший деятель русской научно-популярной кинематографии Н. Баклин.

Первый из этих фильмов по физике был создан под руководством В. Аркадьева и назывался «Электрический телеграф». Содержание его обрамлялось игровыми кадрами. ...Телеграфист отправлял по линии телеграмму, затем демонстрировалось устройство и действие телеграфного аппарата, и, наконец, следовала игровая концовка - другой телеграфист принимал телеграмму, записывал ее и передавал посыльному для вручения адресату.

Для съемки этого фильма была создана изящная и довольно сложная модель телеграфного аппарата. Обмотку электромагнита изображала спиральная стеклянная трубка, через которую пропускалась смесь белых и черных шариков, имитируя течение тока. Н. Баклин считает, что «фильм для своего времени оказался неплохим, но показал, что включение игровых кадров в учебный материал не уместно».

Другой фильм по физике назывался «Динамо-машина, принцип ее работы и устройство». Он состоял из трех фрагментов. Первый фрагмент показывал появление тока в проводнике при пере-сечении магнитного поля, второй знакомил с техническим принципом устройства якоря динамо-машины переменного тока, и в третьем фрагменте было снято промышленное производство якорей на московском заводе «Динамо».

По-видимому, наиболее значительным из всех фильмов по физике, снятых на фабрике

А. Ханжонкова, был фильм «Распространение электромагнитных волн вибратором Герца», в котором впервые в России была применена графическая мультипликация. Полностью приведем описание этого фильма, сделанное Н. Баклиным в своих воспоминаниях. «Задача этого фильма состояла в изображении динамической схемы возникновения электрического поля у вибратора, образования силовых полей, отшнуровывания их от вибратора и ухода в пространство. Решили мы эту задачу с помощью рисованной мультипликации. Студентом С.И. Ржевкиным, ныне профес-сором МГУ, были вычислены по уравнениям Максвелла точки кривых для 100 перекладок, студентом М.И. Владимирским на 100 перекладках по этим точкам были вычерчены кривые. Мы же изготовили первый в России мультипликационный станок и засняли фильм. На кадрах счетчик отмечал 1/4, 1/2, 3/4 и целый период колебательного разряда и перезарядку вибратора. Фильм был показан на съезде физиков в Лейдене и был принят с одобрением участниками съезда и, в частности, профессором Рентгеном. В 1956 году кинолаборатория МГУ предложила мне восста-новить этот фильм, но так как его негатив не уцелел, то фильм был заснят кинолабораторией заново по сохранившимся с 1912 года у проф. Аркадьева материалам».

Кроме названных фильмов научный отдел фабрики Ханжонкова занимался засъемкой этнографических и географических фильмов непосредственно учебного назначения, для чего отправлял своих операторов в специальные экспедиции.

Несмотря на серьезную постановку дела производства научно-популярных и учебных картин, привлечение к их созданию одаренных молодых ученых, фабрика А. Ханжонкова вынуждена была в конце 1916 года закрыть свой научный отдел, ибо он в течение всех пяти лет работал в убыток. Фильмы обходились довольно дорого, сбыт был крайне ограничен, а просветительные учрежде-ния, покупавшие подобные картины, ориентировались в основном на иностранную продукцию, стоившую очень дешево. Руководители акционерного общества «А. Ханжонков и Ко» всеми доступными им средствами боролись за продвижение этих фильмов. Профессор И. Озеров и другие писали статьи о необходимости внедрения учебных фильмов в преподавание, учебные фильмы фабрики демонстрировались педагогической общественности и видным чиновникам Министерства просвещения, использовались личные связи для получения государственных заказов, однако все это не увенчалось успехом. В конце 1916 года, когда рухнула последняя надежда на получение заказа от Министерства просвещения на снабжение учебных заведений научными кинолентами, акционеры приняли решение закрыть научный отдел кинофабрики.

В 1917 году был выпущен последний географический фильм фабрики Ханжонкова с материалами кругосветного путешествия оператора Бреммера. На этом частное производство учебных и научно-популярных фильмов в нашей стране прекратилось.

Оценивая результаты развития просветительного кинематографа в дореволюционной России, мы не можем не прийти к выводу, что эта область кинематографической деятельности совершенно незаслуженно замалчивалась большинством историков кино.

При всей своей идейной ограниченности и буржуазно-либеральном характере движение просветительного кинематографа, располагавшего многими сотнями киноустановок в городе и деревне, накопило драгоценный опыт использования кино как средства наглядного обучения и не менее важный опыт производства научных и учебных кинолент.

И не случайно, что первые советские киноорганизации в годы гражданской войны и даже восстановительного периода широко использовали этот опыт, так же как и фонды картин, накопленные дореволюционным просветительным кинематографом.