Проблема человека в античной философии

В античной культуре человеческая личность не имеет такого колоссального и абсолютизированного значения, как в более поздней европейской культуре. В ранней древнегреческой философии господствовало представление о человеке как составной части некоего объективного миропорядка: космоса (греч. - порядок в армейской и государственной общности), природы, логоса (греч. – слово, смысл), идей и сущностей. При этом женскую способность к деторождению греки оценивали как связь женщины с плодородием природы. Человек же стал человеком, обладающим законами, благодаря культуре, отличающей его от природы и животных, где торжествует сила. В античности начинается и завершается переход от архаичного культа плодородия к культу рациональных богов. Греческая мифология представляет собой наглядную картину замены женских богинь, символизирующих связь с землей и природой, мужскими богами, утверждающими власть законов, установленных человеком. С начала развития философской мысли женственное/феминное символически ассоциировалось с тем, что противоположно разуму – с темными силами богинь земли. В греческой ментальности доплатоновского периода мужской и женский миры были строго разведены, причем мужской мир занимал гораздо более высокое положение, что связывалось с эстетическими и этическими канонами, которые первоначально действовали на уровне мифологии, а затем были развиты в литературе и философии предклассического и классического периодов. В мифе о ящике Пандоры ранние языческие представления о женщине, которая несет зло, обретают окончательную литературную форму с тем, чтобы стать чрезвычайно влиятельными этическими суждениями. Первоначально Пандора была, видимо, одним из вариантов средиземноморской богини плодородия. Первый известный по имени древнегреческий поэт Гесиод (VIII–VII вв. до н.э.) считает, что она принесла с собой сексуальность, которая положила конец Золотому веку, когда «мужчины жили на земле, свободные от всех зол, свободные и от тяжкого труда и от всяких докучливых болезней». Пандора породила «проклятый женский род – чуму, с которой приходится жить мужчинам». Появлению того, что рассматривается как зло для мужской части человечества, предшествовала женщина с ее исключительным свойством, сексуальностью. В дидактической эпической поэме «Труды и дни» Гесиод изображает Пандору и все с нею связанное как опасную соблазнительницу «с умом суки и воровской природой», полную «жестокого желания и страсти, иссушающей тело», как «ложь и коварные слова – душу», как гадюку, посланную Зевсом, дабы «уничтожить мужчин». Одним из самых эффективных средств подавления феминного являются доктрины о природе и происхождении женщины, приписывающие исключительно ей все опасности и все зло, которое связано с сексуальностью. Интересно, что греки, желая возвысить сексуальность, приветствовали плодородие и возвеличивали фаллос, желая же опорочить ее, поминали Пандору.

Род/пол – психологическая самооценка, сформированная под влиянием культурно усвоенной половой принадлежности (Миллет).

Пифагорейцы оценивали мир как смесь принципов, ассоциируемых либо с определенной оформленностью и упорядоченностью, либо с беспорядочностью и хаосом. Мужское выстраивалось в ряд с активной, детерминирующей формой, женское – с пассивной, хаотичной материей. В их (сформулированной в VI в. до н.э.) таблице из 10 основных противоположностей мира содержатся следующие пары: предел – беспредельное, чет – нечет, одно – множество, мужское – женское, покоящееся – движущееся, прямое – кривое, правое и левое, свет – тьма,

добро – зло, квадрат – прямоугольник. Здесь женское связывалось с бесформенным, неупорядоченным, беспредельным. Символическая ассоциация мужского с рациональным и женского с эмоциональным прочно утвердилась в греческой философии. В реальной жизни установление патриархата с господством в общественной жизни мужчин, в условиях, когда женщины не имели большинства гражданских прав, практически не обладали имущественными правами, не имели возможности получать сравнимого с мужским уровня образования, способствовало тому, что женщина утратила свое субъективное начало и превратилась в объект собственности, инструмент деторождения.

Создателем первой философии человека обычно считают Сократа, который непосредственно обращается к конкретному человеку и его внутренней жизни, видя в этом главный путь самопознания («Познай самого себя»), его жизненного призвания. Человек, по его мнению, занимает среднее положение между животным и Богом. Сократ обращается главным образом к человеческой душе и видит в ней некую третью величину между миром вещей и миром идей. Его прямой наследник Платон уже в своих ранних работах конструирует дуализм души и тела, интеллекта и материи. Именно Платон в значительной степени задал парадигму (пример, образец; теория, принятая в качестве образца решения задач) рациональности и эмоциональности, которая стала доминирующей в западной философии и определенным образом конституировала женское. В отличие от софистов, считавших человека телесно-духовным единством, у Платона человеком является только душа, а тело рассматривается как низшая и враждебная душе материя. Понимание Платоном женщины как существа, худшего по сравнению с мужчиной, четко прослеживается в его мифе о творении. Первоначально женщин на земле не существовало вообще, были только одни мужчины, души которых предназначались определенным звездам. Тот, кто прожил достойную жизнь, возвращается на свою звезду и пребывает благословенно и счастливо, в душевной гармонии. Но если ему не удается покинуть землю, во втором своем рождении он становится женщиной. А если, живя в женском облике, он не сможет противостоять дьяволу, наступает постепенное превращение его в бессловесную скотину как напоминание о том, что в него вселился дьявол. Согласно этому мифу, женщина создана из мужчины, мужчины являются «высшей расой», а женщина по критериям доброты и ума находится где-то в промежутке между мужчиной и животными.

Известен и другой платоновский миф о появлении мужского и женского полов как о разрыве исконной природы первочеловека, вложенный в уста Аристофана («Пиршество»). Вначале были мужчины, женщины и андрогины, мифические существа, соединявшие черты того и другого.

У всех них было два лица, четыре руки, четыре ноги и два сросшихся тела. Они были очень сильны, и Зевс решил их разделить пополам, с тех пор каждая половина стремится найти вторую, не достающую половину. Если одна из них умирала, то оставшаяся искала себе новую, независимо от пола. Такие половины были неспособны к размножению. Впоследствии Зевс решил, что от совокупления двух разнополых половин будут появляться новые человеческие существа. В этой истории разделение полов сразу принимается как данность.

Андрогин – мифическое существо, соединяющее в себе мужчину и женщину.

Большинство социально-политических работ Платона посвящено описанию жизни в утопических городах-государствах двух типов «наилучшее» и «второе после наилучшего».

В первом все обобществлено, нет даже частного домашнего хозяйства, частной семьи, жен и детей. Отсюда нет и подчинения женщины мужу как главе семейства. Родители вновь произведенного потомства не допускаются к его воспитанию: дети сразу же после рождения отнимаются от матерей и получают общественный уход и питание. Правда, женщина по-прежнему считается у Платона отклонением от мужского стандарта. У нее не было никакой иной функции, кроме беременности и лактации, поскольку все остальные выполнялись мужчинами или рабами.

С другой стороны, Платон считал, что в идеальном государстве женщины не только будут обладать самостоятельностью, но и станут играть ту же самую роль, что и мужчины. Платон весьма серьезно относился к содержанию мужских и женских ролей, настаивая на том, чтобы женщины принимали активное участие в армии, а мужчины - в коллективном воспитании детей. Он был первым мужчиной-писателем в истории западного мира, кто всерьез задался вопросом о том, не являются ли мужчины и женщины по своей природе настолько похожими, что могут играть в обществе одинаковые роли. Здесь Платон выступал как эгалитарист по отношению к женщинам, за что некоторые исследователи и считают его первым в истории феминистом. Феминизм – теория равенства полов, лежащая в основе движения за освобождение женщин.

Платон, возможно, затруднялся рассуждать о женщине как о личности с собственными правами, поскольку принадлежал культуре, в которой существовали понятия частной собственности и частной семьи. Институт частной собственности сохранил свое существование во «втором после наилучшего» платоновском государстве. Платон понимал, что наличие частной собственности предполагает необходимость существования законных наследников, а существование законных наследников, в свою очередь, требует не общих, а сугубо частных жен.

Во второй утопии проявляется андроцентричный взгляд на женщину как на существо, подчиненное хозяину-мужу. Андроцентризм – глубинная культурная традиция, сводящая общечеловеческое к единой мужской норме, взгляд на мир с мужской точки зрения. Здесь женщины лишены не только основных гражданских и законных прав, включая право на собственность, право наследования и право давать показания в суде, но и отделены от мужчин женской половиной в доме (гинекей – женская половина в задней части дома в Древней Греции), где выполняют свои основные обязанности: следят за работой по дому и растят детей. Однако мать не может учить детей чему-нибудь интеллектуальному, например грамоте. Образование детей, как фактически все публичные роли, закреплено за мужчинами. Хотя на словах Платон предоставил женщинам право нести службу даже во «втором после наилучшего» государстве, фактически их положение личных жен представляло, по сути, особую категорию частной собственности. Он сам признал это, когда сказал, что женщины, дети и дома, а также все остальные вещи являются частной собственностью индивидуумов. Нет у женщин и права выбирать, за кого выйти замуж. Это, кстати, соответствовало реальной жизни греческой женщины, жизнь которой проходила в основном доме в гинекее, где под ее руководством рабыни занимались ткачеством и рукоделием. Вне дома ей разрешалось встречаться с приятельницами, участвовать в религиозных празднествах, посещать могилы близких в установленные дни, смотреть в театре трагедии. Свободно жили только гетеры, многие их которых были хорошо образованы, в отличие от прочих женщин, так как школ для девочек не существовало. Как говорили греки: «Жены нам нужны для рождения детей, а для развлечения у нас есть гетеры».

Известны взгляды современника Платона Ксенофонта на природу полов: «Природу обоих полов с самого рожденья Бог приспособил: природу женщины для домашних трудов и забот, а природу мужчины – для внешних. Тело и душу мужчины он устроил так, чтобы он способен был переносить холод и жар, путешествия и военные походы, поэтому он назначил ему труды вне дома. А тело женщины Бог создал менее способным к этому и поэтому <...> назначил ей домашние заботы <...> Женщине приличней сидеть дома, чем находиться вне его, а мужчине более стыдно сидеть дома, чем заботиться о внешних делах».

Ученик Платона Аристотель идею сходства мужчины и женщины вообще не принимал во внимание. Мир, согласно его воззрениям, – единая структура, части которой образуют иерархию. Иерархия – расположение частей или элементов целого в порядке от высшего к низшему, что определяет и порядок подчинения. Части единого целого взаимосвязаны в естественном порядке: одни выше, или значительнее, а другие – ниже, или не столь важны. Он говорил о пяти слоях бытия: низшем – материи, высшем – духе и промежуточных – вещах, живых существах и душе. Классификация на основе критерия «высшее – низшее» определена Аристотелем совершенно недвусмысленно: «И в мире природы, и в мире искусства низшее всегда существует ради лучшего или высшего». Рассмотрим, где в этой иерархии Аристотель располагает женщин по отношению к мужчинам, и почему они находятся именно там. По Аристотелю, мужчина таков, каков он есть, благодаря своим способностям, а женщина такова, какова она есть, по причине ее неспособности. Таким образом, женский характер он рассматривает как недоразвитый от природы, женские рассуждения считает безосновательными, а сама женщина для него является беспомощным, или «искаженным», мужчиной, в ней отсутствует рациональность: «Самка является самкой в силу отсутствия определенных качеств. Характер женщины мы должны рассматривать как страдающий от природного изъяна». Аристотель отождествлял хаотичную материю как низшую субстанцию с пассивным женским началом, а дух, стремящийся к познанию и рациональности, – с активным мужским. Женщина «естественно необходима» для размножения половым путем. Правда, разделение полов, по Аристотелю, имеет отнюдь не биологические основания, поскольку оно не необходимо для воспроизводства человеческого рода (при этом он ссылался на существование двуполых самооплодотворяющихся животных). Половая дифференциация – это, скорее, онтологический принцип: «лучше, когда высший принцип отделен от низшего». Подобную позицию, рассматривающую женщину как отклонение в худшую сторону от мужского стандарта, представительница американской феминистской философии Сандра Бем квалифицирует как классический пример андроцентричного взгляда на женщину. Иначе говоря, существа, способные размышлять, находятся на вершине иерархии; основное же назначение всего остального – помогать вышестоящим исполнять то, что им предназначено.

Дальнейшее развитие философии эллинизма привело к оформлению нескольких школ, в той или иной степени развивавших идеи Сократа, иногда доводившие их до абсурда. Основной акцент сократических школ был сделан на этическую проблематику как основание разумного действия. Можно говорить о всплеске эллинско-римского «индивидуализма», изменение принципов власти: от деспотизма к «господству над собой». Так, представители школы киников (циников) стремились не столько к построению законченной теории бытия и познания, сколько к отработке и экспериментальной проверке на себе определенного образа жизни. Киники вызывающе именовали себя «гражданами мира» (термин «космополит» был создан ими) и обязывались жить в любом обществе не по его законам, а по своим собственным, с готовностью приемля статус нищих, юродивых. Их учение создавалось в условиях кризиса античного полиса людьми, не имевшими своей доли в гражданском укладе жизни. Именно то положение человека, которое всегда считалось не только крайне бедственным, но и крайне унизительным, избирается ими как наилучшее. Все виды физической и духовной бедности для киников предпочтительнее богатства: лучше быть варваром, чем эллином; лучше быть животным, чем человеком. Так, Диоген с удовольствием применяет к себе формулу страшного проклятия: «без общины, без дома, без отечества». Социальные связи и культурные навыки казались им мнимостью, «дымом»: в порядке умственного провоцирования они отрицали все требования стыда, настаивали на допустимости кровосмешения и т.п.

Под непосредственным влиянием киников развивалась и материалистическая философия Эпикура, считавшего, что единственным благом для человека является наслаждение,

т.е. отсутствие страданий. Лучшее средство избежать страдания – самоустранение от тревог и опасностей, от общества, от государственных дел, достижение независимости от внешних условий. Киники и эпикурейцы были яростными противниками брака.

Философия киников послужила непосредственным источником стоицизма, смягчившего кинические парадоксы и внесшего гораздо более конструктивное отношение к политической жизни и к умственной культуре, но удержавшего характерный для киников перевес этики над прочими философскими направлениями. Стоики считали, что душа человека – часть мировой разумной души – телесна, а со смертью тела отделяется от него, переставая быть носителем личных свойств. Первое естественное побуждение человека – стремление к самосохранению. Следует участвовать в общественной жизни реального государства, если это только не толкает к безнравственным поступкам. При невозможности жить и действовать разумно и морально стоики считали оправданным самоубийство. Конечная цель человека, счастье, определяется как жизнь, согласно природе, логосу. Только такая жизнь добродетельна. В поступках человека важно не достижение внешней цели, часто не подвластной человеку, а только этический характер действия и отношения человека к миру и к другим людям, всецело зависящий от самого человека. Стоики были приверженцами брака, придерживались принципа симметрии супружеских отношений, основанных на сексуальности и духовности. Стоицизм оказал большое влияние на неоплатонизм и христианскую философию.

В римском обществе положение женщин было намного лучше, чем в греческом: женщины не были заперты в гинекее. Весталки, например, могли отменять казнь осужденного. Если грек женился, чтобы иметь детей, то римлянин, – чтобы иметь подругу, делящую с ним радости и беды: «Где ты Гай, там и я – Гайя». Римлянки посещали общественные места и принимали активное участие в агитации на выборах, хотя сами не имели избирательных прав.