О национальной идентичности России

Становление политики безопасности России, столь противоречиво и болезненно проходящее в последние 12 лет, в первую очередь, связано с до сих пор не решенной проблемой национальной идентичности страны. В этом кардинальная причина того, что важнейшие внутри- и внешнеполитические решения принимаются у нас не на основе долгосрочных национальных интересов (понимания которых тоже нет), а исключительно на базе прагматических (зачастую лишь интуитивно ощущаемых) соображений.

Однако, как говорил один из героев О. Генри, «песок плохая замена овсу». И решения, определяющие политику, а, следовательно, и судьбу страны на десятилетия вперед, не могут быть основаны лишь на прагматизме, даже если сегодня он кажется единственно возможным и верным. Кроме того, есть прямая причинно-следственная связь между практически нулевым или очень маленьким экономическим ростом и полным отсутствием национальной идентичности.

Потеря государственной идентичности, чувства национального самосознания ведет, как показывает всемирная история, к неспособности четко формулировать (а, следовательно, отстаивать) национальные цели, идеи и интересы, к их неизбежной подмене либо несбыточными, либо ущербными идеями и целями. В конечном счете, это неизбежно приводит к утрате той или иной страной естественных места и роли в мировой политике, а в более широком плане – в глобальном историческом процессе в целом. В лучшем случае она отодвигается на периферию мирового развития. Вопреки видимым внешним успехам России на международной арене за последний год, рискнем заявить, что именно такая перспектива грозит России в случае, если в ближайшее время она не преодолеет кризис национальной идентичности, т.е. не вернется к исторически сложившемуся представлению о самой себе. Для этого мало заявить, что Российская Федерация является «продолжательницей СССР». Необходимо четко и недвусмысленно объявить права нынешней России на ее тысячелетнее историческое наследство, пока никем всерьез не оспариваемое.