Либеральный фундаментализм

Чтобы понять специфику России, не только отличающую ее от образцов, демонстрируемых развитыми странами, но и во многом делающую эти образцы недоступными для нее, надо осознать: 15 лет назад Россия вступила на рыночный путь со значительным опозданием.

Ее конкуренты не просто ушли далеко вперед в области развития общественных институтов и в силу этого стали сильнее, – массовое использование их моделей развития в прошлом зачастую делало невозможным успешное следование этим моделям в настоящем. (В экономике это выражается в доказанной невозможности успешного «догоняющего» развития, в жизни – примером, когда колея на дороге углубляется и разбивается так, что пользоваться ей становится невозможно.)

Кроме того, развитые страны, пользуясь «правом первооткрывателя» и доминирующим политическим влиянием (которое при либеральных реформаторах 90-х годов практически носило характер прямого «внешнего управления»), длительное время весьма последовательно направляли развитие российского общества. Как правило, они делали это в корыстных интересах, заботясь не о наиболее успешном развитии России, но, напротив, о ее сдерживании в наиболее выгодном для себя «промежуточном» положении. В этом положении она не грозит соседям своим разрушительным и для них крахом, но не способна не только защищать, но даже и осознавать свои национальные интересы.

Последствия этого «внешнего управления», без всякого преувеличения, чудовищны. Достаточно указать, что именно оно явилось главной причиной, удерживающей нашу Родину в состоянии перманентной национальной катастрофы.

Эти последствия еще только начали осознаваться и изживаться российским обществом. Наиболее болезненным и потенциально опасным из них представляется укорененность либерализма как в общественных институтах, так и в сознании самых разных социальных слоев и групп.

При этом он обычно воспринимается не как частная идеология бизнеса, но как универсальная для всех времен, народов и социальных слоев истина в последней инстанции.

Между тем естественным образом исповедуемый и распространяемый бизнесом (особенно крупным) либерализм в принципе как минимум недостаточен для развития любого относительно слабо развитого общества, в том числе и российского.

Прежде всего, исходя из почти религиозного догмата о «презумпции избыточности государственного регулирования», он категорически требует минимизации роли государства в жизни общества, что чревато последовательным и разрушительным для общества отказом бюрократии от выполнения неотъемлемых и исключительных функций государства.

Как философия и идеология, либерализм опирается на представления о самодостаточности каждого человека, что не имеет никакого отношения к реалиям России, где большинство людей пока еще весьма жестко привязано к масштабным общественным системам жизнеобеспечения.

Либерализм исходит из того, что каждый член общества может самостоятельно и в полной мере отвечать за себя. Как ни ужасно, это не имеет отношения к современной России: значительная часть нашего общества по разным причинам (от неправильного образования до бытового алкоголизма) не может адекватно воспринимать и оценивать даже повседневную, непосредственно окружающую каждого из нас реальность и, соответственно, в полной мере отвечать за свои поступки.

Либерализм принципиально не учитывает масштаба социальной деградации России.

В обществе, где бедных лишь 5%, их бедность теоретически может восприниматься как их собственная проблема и, более того, как их собственный выбор, который надо уважать и с которым нельзя бороться. Но когда бедных, по самым оптимистическим оценкам, более 60%, а более 18% населения в условиях фантастически благоприятной внешнеэкономической конъюнктуры голодает (именно так переводится на повседневный русский язык изящный термин «имеет доходы ниже прожиточного минимума») – это проблема всего общества, и для решения ее категорически необходим мощный инструмент в лице государства.

Наконец, в условиях жесткой глобальной конкуренции, ведущейся по отношению к ее слабым участникам «на уничтожение», проповедуемое либерализмом в качестве панацеи от всех социально-экономических болезней открытие национальных рынков является большой и разрушительной ложью. Практика (как постсоциалистического пространства, так и начавшей вымирать Африки) уже многократно подтвердила очевидное: слабая экономика, в соответствии с либеральными постулатами поставленная в равные условия с более сильными экономиками, без поддержки государства не выдерживает конкуренции и погибает.

Все эти недостатки в полной мере проявились за последние 15 лет, в течение которых в нашей стране с исключительной энергией, последовательностью и эффективностью проводятся все более разрушительные либеральные преобразования. Их разрушительность многократно усугублена особенностями российских либеральных фундаменталистов, боровшихся с социализмом не столько от неприятия его пороков, сколько от неприятия своей собственной Родины, своего собственного народа.

В начале 90-х они разрешили людям обманывать и обворовывать друг друга и государство, назвав это рынком и демократией. Стремясь к разрушению своей страны, они осознанно выступали против права как такового. Достаточно вспомнить, как американский советник главного идеолога российских либеральных реформ Гайдара писал о настоятельной необходимости «вытеснить из общественного сознания мотив права мотивом выгоды». Прошло более 10 лет, и в 2004 году идеологи российской олигархии открыто говорили о допустимости нарушения законов, так как без их последовательного нарушения невозможно де вытравить из общества «остатки коммунизма».

Именно эта последовательность разрушила в нашей стране важнейшее чувство, делающее население единым обществом, – доверие, причем даже не столько к систематически обманывающему народ государству, сколько друг к другу, доверие между людьми. Слабость именно этого, важнейшего вида доверия ведет к опасному разрежению социальной ткани общества, к подрыву всякого сотрудничества, затрудненности, а то и полной невозможности даже необходимых совместных действий, – и, как следствие, к драматической дезорганизации и долговременному снижению конкурентоспособности общества.

В результате в сегодняшней России либерал – это человек, осуществляющий или как минимум осознанно поддерживающий пятнадцатилетний геноцид собственного народа и открыто гордящийся этим.

Несмотря на это, либерализм весьма популярен в России, как, впрочем, и в экономически слабых странах в целом. Помимо специфически российских причин, рассмотренных выше, главная причина такой суицидальной склонности испытывающих хозяйственные трудности обществ (надо отметить, что эта склонность является и одной из ключевых причин указанных трудностей) заключается в том, что либерализм по вполне объективным причинам является наиболее естественным образом действия бизнеса и энергичных, успешных людей в целом.

Разрушительность либерализма в слабых обществах кардинально усиливается тем, что уровень конкуренции, приемлемый для их элиты и даже необходимый для ее нормального развития и поддержания ее «в тонусе», часто оказывается невыносимым для общества в целом.

В результате, ориентируясь на себя, на собственные конкурентные способности, либеральная элита относительно слабых обществ создает для них невыносимые условия существования и тем самым разрушает их.

Популярность либерализма обусловлена и тем, что он дает массу привлекательных образцов для подражания: раз его исповедуют успешные люди, простейший способ добиться успеха – подражать им и в этом.

Либерализм является едва ли не единственной широко распространенной религией (за исключением разве что кальвинизма), полностью снимающей с сильных всякую ответственность за слабых. Каждый судит о других по себе, и миллионеру, когда-то бывшему студентом, весьма не просто в полной мере осознать тот самоочевидный для стороннего наблюдателя факт, что все остальные студенты не становятся миллионерами по какой-то иной причине, кроме простого недостатка желания.

Либерализм, исходящий из презумпции избыточности госрегулирования, дает чиновникам идеальное оправдание их лени, безграмотности и безответственности: чем меньше они делают, уповая на «невидимую руку рынка», тем более полно соответствуют его требованиям.

Наконец, популярности либерализма способствует и вульгарная, но отнюдь не менее эффективная из-за этого пропаганда стратегических конкурентов, использующих его как инструмент взламывания национальных рынков. Российское общество остается вполне беззащитным перед этой энергичной, гибкой и продуманной пропагандой и сегодня.

Здоровые силы России полностью принимают и, более того, развивают позитивные, созидательные элементы либерализма: неотъемлемые права личности, необходимость защиты прав на честно заработанную собственность, благотворность справедливой конкуренции, нетерпимость к злоупотреблению монопольным положением и коррупции.

В то же время они исходят из категорической необходимости как можно быстрее привести российское общество к последовательному отрицанию его разрушительных сторон, превративших весь современный либерализм в целом не более чем в смертельно опасное оружие недобросовестной конкуренции со стороны глобальных монополий.

Иммунитет от либерализма в его современной, наиболее агрессивной и неадекватной форме, выродившейся практически в либеральный фундаментализм, является категорическим условием долговременного здоровья и жизнеспособности всякого современного общества.

Будет полезно почитать по теме: