Российское направление

Когда Горбачев писал о новом политическом мышлении "для нашей страны и всего мира", происходящие вокруг феноменальные перемены могли впечатлить самого большого скептика. Генеральный секретарь писал шаблонной обкомовской прозой, но вокруг происходило нечто прежде немыслимое - примирение первого и второго миров. Россия, лидер крупнейшего из когда-либо в истории противостоявших Западу блоков, сделала неимоверные по своей жертвенности шаги ради того, чтобы сломать барьеры, отъединяющие ее от Запада как от лидера мирового технологического и гуманитарного прогресса. В период между 1988 и 1993 годами Запад не услышал от России "нет" ни по одному значимому вопросу международной жизни, готовность новой России к сотрудничеству с Западом стала едва ли не абсолютной.

Имел место довольно редкий исторический эпизод: невзирая на очевидный скепсис западного противника, ни на сантиметр не отступившего от защиты своих национальных интересов, Россия, почти в эйфории от собственного самоотвержения, без всякого ощутимого физического принуждения начала фантастическое по масштабам саморазоружение. Историкам будущего еще предстоит по-настоящему изумиться Договору по сокращению обычных вооружений (1990 г.), развалу Организации Варшавского Договора и Совета экономической взаимопомощи. Возможно, что только природный русский антиисторизм мог породить такую гигантскую волю к сближению с Западом, в течение сорока лет рассматривавшимся в качестве смертельного врага.

Какие бы объяснения ни выдвигал позднее софистичный западный мир (русские выдохлись в военной гонке; коммунизм достиг предела общественной релевантности; либерализм победил тоталитарное мышление; национализм сокрушил социальную идеологию и т.п.), неоспоримым фактом является добровольное приятие почти всем российским обществом, от левых до правых, идеи сближения с Западом и его авангардом - Соединенными Штатами. Приятие, основанное на надежде завершить дело Петра, стать частью мирового авангарда, непосредственно участвовать в информационно-технологической революции, поднять жизненный уровень, осуществить планетарную свободу передвижения, заглянуть за горизонты постиндустриального общества.

Национализм - идеология и политика в национальном вопросе, основа которых - идеи национального превосходства и национальной исключительности.

В 1990-е годы застоявшийся маятник истории сделал огромное колебательное движение на Запад. На своем пути он разрушил КПСС, СССР, СФРЮ, ЧСФР, ОВД, СЭВ (не говоря уже о менее значимой аббревиатуре). Вызрела острая нужда в новой формуле отношений с США. Министр Козырев определил ее как "стратегическое партнерство". Необычным было определение двусторонних отношений лишь одной стороной; необычным было наблюдать стремление радикальных российских западников собственным "указом" включить Россию в западный мир; необычным было предположение, что Вашингтон будет поддерживать некую биполярность в условиях, когда второй полюс столь драматически самоуничтожился.

Феноменальные события рубежа 1980-90-х годов сломали противостояние. Но маятник российской истории не достиг трех желанных для новой России высот: подключения к технотронной цивилизации, повышения жизненного уровня, свободы межгосударственного перемещения российских граждан. Какой бы ни была амплитуда движения маятника, неизбежно обратное движение. И мы живем сейчас в мире обратного движения маятника - от "планетарного гуманизма" к осознанию мирового эгоизма, тщетности примиренческих потуг, наивности самовнушенных верований, железобетона национальных интересов, своекорыстия внешнего мира.

Гуманизм - признание ценности человека как личности, его права на свободное развитие и проявление своих способностей, утверждение блага человека как критерия оценки общественных отношений. В более узком смысле – светское вольномыслие эпохи Возрождения, противостоящее схоластике и духовному господству церкви.

Россия достаточно быстро обнаружила, что коммунизм не был единственной преградой на пути сближения с Западом. Православие, коллективизм, иная трудовая этика, отсутствие организации, иной исторический опыт, отличный от западного менталитет, различие взглядов элиты и народных масс – все это и многое другое смутило даже стопроцентных западников, увидевших трудности построения рационального капитализма в "нерациональном" обществе, свободного рынка - в атмосфере вакуума власти и очага трудолюбия - в условиях отторжения конкурентной этики.

Наступил новый этап американо-российских отношений. Сейчас в обеих столицах, в Вашингтоне и Москве, формируется новая парадигма двусторонних отношений, которой предстоит главенствовать в ХХI веке. Чтобы понять американскую политику в отношении России, нужно видеть происходящую в США борьбу трех концепций "русского феномена". В их столкновении формируется российская политика Вашингтона.

Парадигма (от греч. Paradeigma – пример, образец) (в философии, социологии) - исходная концептуальная схема, модель постановки проблем, господствующих в течение определенного исторического периода в научном обществе и их решения. Смена парадигм представляет собой научную революцию.