Ограничители для обеих сторон

Двумя главными средствами насильственного воздействия Соединенных Штатов на другие страны являются экономические санкции и военное вмешательство. Но - как корректирует ситуацию С. Хантингтон - "санкции могут быть эффективным средством воздействия только в том случае, если их поддерживают и другие страны, а гарантии этого, увы, нет". Что же касается военного вмешательства, то, платя относительно низкую цену, Соединенные Штаты могут осуществить бомбардировку или запустить крылатые ракеты против своих противников. Но сами по себе такие меры недостаточны. Более серьезное вооруженное воздействие должно отвечать трем условиям: быть легитимизировано международными организациями, такими, как Организация Объединенных наций, где русские, китайцы и французы имеют право вето; оно требует подключения союзников; наконец, оно предполагает готовность американцев нести людские потери. При этом, даже если Соединенные Штаты согласятся выполнить все три условия, их вооруженное вмешательство рискует вызвать критику внутри страны и мощное противодействие за рубежом. Учитывая эти сложности, США просто обязаны заручиться поддержкой цивилизационно наиболее близкого региона.

Обращаясь к ситуации в Европе, следует сказать, что она сейчас ситуация в значительной мере напоминает ту, которая предшествовала Первой мировой войне: все более определяющая свое главенство Германия и нестабильная, социально-политически неопределившаяся Россия, клубок противоречий на Балканах, неспособность Британии и Франции выступить с единых позиций.

Большинство западноевропейцев пока не желает ухода американских войск из региона.

"Во время растущей неясности и переменчивости (Западная) Европа не имеет адекватной альтернативы американскому военному присутствию и лидерству. Продолжающееся американское присутствие в Германии предотвращает ренационализацию обороны в Западной Европе и дает Центральной Европе определенные гарантии в отношении Германии и России". Западноевропейские попытки решить боснийскую проблему оказались тщетными, Америке пришлось мобилизовать свои вооруженные силы и дипломатию. И в случае с Косово США желают демонстрировать силу блока, чтобы угрозы НАТО не оказались "пустыми словесами", а блок не потерял престижа наиболее эффективной западной организации. Европейские союзники Соединенных Штатов видятся довольно жалкими, ощущающими жестокую прямолинейность заокеанского курса и в то же время не способными предложить альтернативу.

Переходный характер переживаемого момента, может быть, является главной характеристикой эволюционирующего западноевропейского центра, второго (по всем основным показателям) мирового силового центра после США. Явственны различия не только в мощи отдельно взятых европейских стран, но в истории, в менталитете, в национальной психологии. Наибольшую твердость и упорство проявляют англичане – возможно, играет роль национальная психология.

Западную Европу ослабляет не только экономическая стагнация (сопровождаемая высоким уровнем безработицы), но и почти повсеместное принижение роли национальных правительств, усиление местнических тенденций; фрагментация общества; лингвистическое, культурное и, соответственно, политическое размежевание. Окончание "холодной войны" пробудило сепаратистские устремления во всех основных странах (земли ФРГ, Бретань и Корсика во Франции, Каталония в Испании, Падания в Италии, Шотландия и Уэльс в Объединенном Королевстве и т.п.). Речь идет о восстановлении таких явлений "донационального" прошлого, как Ганзейский Союз, Средиземноморская лига и т.п. На фоне создания парламента в Шотландии и Ассамблеи в Уэльсе в значительной мере тормозится общее для всей Западной Европы движение, наступает ослабляющая всех фрагментаризация. Регионализм становится едва ли не главным препятствием на пути консолидации общеевропейских усилий.

Достаточно очевидно, что рождающаяся Западная Европа пока не представляет собой ни сообщества абсолютно независимых держав, ни наднациональный союз государств. Силовая основа Европейского союза не централизована, она распределяется между номинальной столицей ЕС Брюсселем и основными национальными столицами - основные решения пока принимаются на национальной основе. Существует сложность не только в определении общей цели, но и единого понимания того, во что в конце своей эволюции превратится Европейский союз - столь велики разночтения и видение будущего Берлином, Парижем и Лондоном. На фоне централизованных действий Вашингтона это несомненная геополитическая слабость.