Фактор Германии

В текущий период, когда реструктуризация американских компаний, их оптимизация, внедрение современных технологий произошли значительно успешнее, чем у западноевропейцев, конкурентное давление в атлантическом мире поднялось на новую высоту. Даже Интернет президент Ширак назвал "англосаксонской сетью" и добился того, что лидеры Западной Европы выразили желание создать центр автономного информационного общения. Итальянская и германская информационные компании практически слились, а "Бритиш телеком", "Дойче телеком", "Франс телеком" и испанская "Телефоника" стремятся создать свой электронно-коммуникационный мир. (Напомним, что телекоммуникации через несколько лет оттеснят автомобильную промышленность в качестве лидирующей мировой отрасли; на эту отрасль придется - 267 млрд долл. в 2003 году). Подобные же процессы происходят в западноевропейском авиационном сотрудничестве и в ряде других сфер. Для реализации объединительных программ необходим лидер. Европейцы начинают смотреть на эффективную Германию как на такого регионального координатора. На новой приливной волне интеграции германская мощь характеризуется в русле идеи, что "в мире будущего не азиатский блок, а Великая Европа, ведомая Германией, объединяющая высокую технологию Западной Европы с высококвалифицированной рабочей силой послекоммунистического Востока, будет главным экономическим блоком мира".

В определенном смысле Европейский союз все больше возглавляется социал-демократической Германией, заручившейся отчасти вынужденной поддержкой французов и англичан. Некоторые специалисты в отношении ЕС уже говорят: "Куда пойдет Германия, туда пойдет и Европа".

Прежнее уникальное политическое положение Франции как основного мотора западноевропейского развития, как "первой среди равных" теперь переходит к Германии. Она получает не имеющий аналогов исторический шанс.

В Берлине действуют достаточно осторожно, не желая повторения ошибок прошлого, не желая раньше времени ожесточить европейское окружение. Здесь пытаются выиграть время за счет "скромного" поведения, сговорчивости сегодня. Как говорят некоторые, Германия хотела бы смотреть на восток и видеть запад, то есть, за счет укрепления позиций в Восточной Европе укрепить свои позиции в Западной Европе.

Германия пока не заинтересована в сворачивании американского военного присутствия в Европе: ведь тогда экономическая сверхдержава ФРГ будет определенно зависеть от двух европейских военных сверхдержав - Франции и Англии. Бундесвер уже вышел за зону ответственности НАТО, но ФРГ еще ограничена в военном росте. В косовском вопросе канцлер Шредер выступил энергичным союзником американцев. (Не было ли в этом желания показать, кто в Европе держит ключи от Балкан? В США поневоле вспоминают, что это уже третья за столетие активизация Германии на Балканах).